Неточные совпадения
Гостей с поздравлениями приезжало так много
в этот день, что на дворе, около
подъезда, целое утро не переставало
стоять по нескольку экипажей.
На другой день после описанных мною происшествий,
в двенадцатом часу утра, коляска и бричка
стояли у
подъезда. Николай был одет по-дорожному, то есть штаны были всунуты
в сапоги и старый сюртук туго-натуго подпоясан кушаком. Он
стоял в бричке и укладывал шинели и подушки под сиденье; когда оно ему казалось высоко, он садился на подушки и, припрыгивая, обминал их.
Был ясный морозный день. У
подъезда рядами
стояли кареты, сани, ваньки, жандармы. Чистый народ, блестя на ярком солнце шляпами, кишел у входа и по расчищенным дорожкам, между русскими домиками с резными князьками; старые кудрявые березы сада, обвисшие всеми ветвями от снега, казалось, были разубраны
в новые торжественные ризы.
Старый, толстый Татарин, кучер Карениной,
в глянцовом кожане, с трудом удерживал прозябшего левого серого, взвивавшегося у
подъезда. Лакей
стоял, отворив дверцу. Швейцар
стоял, держа наружную дверь. Анна Аркадьевна отцепляла маленькою быстрою рукой кружева рукава от крючка шубки и, нагнувши голову, слушала с восхищением, что говорил, провожая ее, Вронский.
Клим Самгин, бросив на стол деньги, поспешно вышел из зала и через минуту, застегивая пальто,
стоял у
подъезда ресторана. Три офицера, все с праздничными лицами, шли
в ногу, один из них задел Самгина и весело сказал...
У
подъезда гостиницы
стояло две тройки. Дуняшу усаживал
в сани седоусый военный, толпилось еще человек пять солидных людей. Подъехала на сером рысаке Марина. Подождав, когда тройки уехали, Самгин тоже решил ехать на вокзал, кстати и позавтракать там.
По берегу
стоят великолепные европейские домы с колоннадами, балконами, аристократическими
подъездами, а швейцары и дворники —
в своих кофтах или халатах,
в шароварах; по улице бродит такая же толпа.
Дом американского консула Каннингама, который
в то же время и представитель здесь знаменитого американского торгового дома Россель и Ко, один из лучших
в Шанхае. Постройка такого дома обходится ‹
в› 50 тысяч долларов. Кругом его парк, или, вернее, двор с деревьями. Широкая веранда опирается на красивую колоннаду. Летом, должно быть, прохладно: солнце не ударяет
в стекла, защищаемые посредством жалюзи.
В подъезде, под навесом балкона,
стояла большая пушка, направленная на улицу.
У
подъезда стояли дорогие экипажи.
В зале с дорогим убранством сидели дамы
в шелку, бархате, кружевах, с накладными волосами и перетянутыми и накладными тальями. Между дамами сидели мужчины — военные и статские и человек пять простолюдинов: двое дворников, лавочник, лакей и кучер.
У
подъезда стояла пара английских лошадей
в шорах, и похожий на англичанина кучер с бакенбардами до половины щек,
в ливрее, с бичом и гордым видом сидел на козлах.
В то время как Нехлюдов подъезжал к дому, одна карета
стояла у
подъезда, и лакей
в шляпе с кокардой и пелерине подсаживал с порога крыльца даму, подхватившую свой шлейф и открывшую черные тонкие щиколотки
в туфлях.
Во время сезона улица по обеим сторонам всю ночь напролет была уставлена экипажами. Вправо от
подъезда, до Глинищевского переулка,
стояли собственные купеческие запряжки, ожидавшие, нередко до утра, засидевшихся
в клубе хозяев. Влево, до Козицкого переулка, размещались сперва лихачи, и за ними гремели бубенцами парные с отлетом «голубчики»
в своих окованных жестью трехместных санях.
У
подъезда стоял Привалов.
В первую минуту Лука не узнал его. Привалов был бледен и смотрел каким-то необыкновенно спокойным взглядом.
У Штоффа была уже своя выездная лошадь, на которой они и отправились
в думу. Галактион опять начал испытывать смущение. С чего он-то едет
в думу? Там все свои соберутся, а он для всех чужой. Оставалось положиться на опытность Штоффа. Новая дума помещалась рядом с полицией. Это было новое двухэтажное здание, еще не оштукатуренное. У
подъезда стояло несколько хозяйских экипажей.
Дом,
в котором жил Стабровский, тоже занялся. У
подъезда стояла коляска, потом вышли Стабровский с женой и Дидей, но отъезд не состоялся благодаря мисс Дудль. Англичанка схватила горшок с олеандром и опрометью бросилась вдоль по улице. Ее остановил какой-то оборванец, выдернул олеандр и принялся им хлестать несчастную англичанку.
Обыкновенно дня за два Настасья объезжала родных и объявляла, что папенька Павел Борисыч тогда-то просит чаю откушать. Разумеется, об отказе не могло быть и речи. На зов являлись не только главы семей, но и подростки, и
в назначенный день, около шести часов, у
подъезда дома дедушки уже
стояла порядочная вереница экипажей.
— Так уж я хочу-с, — отрезал Семен Сидорович и, взяв шляпу, не простившись ни с кем, пошел один из залы. Ламберт бросил деньги слуге и торопливо выбежал вслед за ним, даже позабыв
в своем смущении обо мне. Мы с Тришатовым вышли после всех. Андреев как верста
стоял у
подъезда и ждал Тришатова.
В Чурасове крестьянские избы, крытые дранью, с большими окнами,
стояли как-то высоко и весело; вокруг них и на улице снег казался мелок: так все было уезжено и укатано; господский двор вычищен, выметен, и дорога у
подъезда усыпана песком; около двух каменных церквей также все было прибрано.
— Ты ведь не знаешь, какая у нас тревога! — продолжала Гловацкая,
стоя по-прежнему
в отцовском мундире и снова принявшись за утюг и шляпу, положенные на время при встрече с Лизой. — Сегодня, всего с час назад, приехал чиновник из округа от попечителя, — ревизовать будет. И папа, и учители все
в такой суматохе, а Яковлевича взяли на парадном
подъезде стоять. Говорят, скоро будет
в училище. Папа там все хлопочет и болен еще… так неприятно, право!
Через день после описанного разговора Бахарева с сестрою
в Мереве обедали ранее обыкновенного, и
в то время, как господам подавали кушанье, у
подъезда стояла легонькая бахаревская каретка, запряженная четверней небольших саврасых вяток.
Одевшись во все черное, княжна вышла
в залу, а потом на
подъезд, у которого уже
стояла коляска.
У этого
подъезда стояла прекрасная дорожная коляска английской работы, запряженная тройкой подобранных
в цвет и
в масть рыжих лошадей.
Великолепная пара серых
в яблоках рысаков, запряженных
в роскошные американские сани, с медвежьей полостью, еще
стояла у
подъезда дома, где жили Шестовы. Зазябшие лошади нетерпеливо били копытами мерзлый снег мостовой. Видный кучер, сидя на козлах, зорко следил за ними, крепко держа
в руках вожжи. Это были лошади Гиршфельда.
Приезжают
в пребольшое здание —
подъезд неописанный, коридоры до бесконечности, а комнаты одна
в одну, и, наконец,
в самом главном зале разные огромадные бюстры, и посредине под валдахином
стоит Аболон полведерский.
М-me Клавская
в это время, вся
в соболях и во всем величии своей полноватой красоты, сидела очень спокойно
в парных санях, которые
стояли у сенаторского
подъезда. Ченцов давно еще сочинил про нее такого рода стихотворение...
— Признаюсь, мне странным показалось такое мнение Ивана Петровича, — сказал тоном сожаления Тулузов, затем тоже раскланялся и вышел, но, сойдя на крыльцо, он, к удивлению своему, увидал, что у
подъезда стояли безобразные, обтертые и облупившиеся дрожки Ивана Петровича,
в которых тот, восседая, крикнул ему...
Это был деревянный на каменном фундаменте, окрашенный
в традиционную серую краску, старинный барский дом. Он
стоял в глубине двора с круглым палисадником посредине, так что дорога к
подъезду, обтянутому и зиму и лето полосатым тиком, шла вокруг этого палисадника.
У
подъезда стоял швейцар, плешивый,
в нанковом сюртуке. Он и проводил посетителей по лестнице наверх, затем через комнату,
в которой находились шкафы с книгами и физическими инструментами, и ввел их
в гостиную.
Множество карет, дрожек и колясок
стояло перед
подъездом дома,
в котором производилась аукционная продажа вещей одного из тех богатых любителей искусств, которые сладко продремали всю жизнь свою, погруженные
в зефиры и амуры, которые невинно прослыли меценатами и простодушно издержали для этого миллионы, накопленные их основательными отцами, а часто даже собственными прежними трудами.
Стрелять их надобно с
подъезда, а пешком редко удастся подойти
в меру, разве местность позволит из-за чего-нибудь подкрасться; впрочем, покуда скирды
стоят в поле и довольно часты (как бывает при сильных урожаях), то подкрадываться из-за них весьма удобно и нередко убить одним зарядом несколько штук.
Дубянская вышла одна из
подъезда дома Селезневых, у которого
стояла изящная коляска, запряженная парой кровных рысаков. Когда она уже садилась
в экипаж, к ней подошел Иван Корнильевич Алфимов, шедший к Сергею Аркадьевичу.
— Между рук из
подъезда выскользнула, — продолжал сетовать швейцар. — Да ты не зубоскаль и не прохлаждайся, — вдруг переменил он тон. — Поискать надо. Магарыч получишь. Матильда Карловна не
постоит. Да я завтра утречком пива поставлю. Потому, мне беда, я
в ответе. Будь миляга, душевный ты человек, отец-благодетель…
Преступная мать опустила голову.
В сопровождении двух солдат она вышла из дому. У
подъезда стояла тройка.
У театрального
подъезда горели два фонаря. Как рыцарь, вооруженный с головы до ног, сидел жандарм на лошади, употребляя все свои умственные способности на то, чтоб лошадь под ним не шевелилась и
стояла смирно. Другой жандарм, побрякивая саблей, ходил пеший. Хожалый,
в кивере и с палочкой, тоже ходил, перебраниваясь с предводительским форейтором.
Полицмейстер отказался и
в бездействии продолжал
стоять себе у
подъезда.
Перед
подъездом стояли две огромные желтые тюремные кареты, аршин по десяти
в длину, без окон, с одной только дверцей сзади.
В это время тарантасик въехал на двор и остановился у
подъезда, на крыльце которого уже
стояла Настя, все еще не решившая вопроса, кто мог быть этот нежданный и негаданный гость.
Герасим Сергеевич уезжал по делам
в Москву, и тройка лошадей, запряженная
в карету-возок,
стояла у
подъезда.
В одном из окон Шевалье из-под затворенной ставни противозаконно светится огонь. У
подъезда стоят карета, сани и извозчики, стеснившись задками. Почтовая тройка
стоит тут же. Дворник, закутавшись и сжавшись, точно прячется за угол дома.
А ребенок тихо стонет. И зашагал я к
подъезду и через три минуты
в дежурной комнате
стоял перед дежурным офицером, с которым разговаривал ротный командир капитан Юнаков.
Мы приехали с Глумовым как раз
в четыре часа, хотя у
подъезда уже
стояла двухместная извозчичья карета,
в которой, как объяснил нам извозчик, приехали посаженые отцы.
Выйдя из гимназии, Крамаренко
в этот день не торопился домой. Он
постоял у ворот, поглядывая на
подъезд. Когда вышел Передонов, Крамаренко пошел за ним,
в некотором отдалении, пережидая редких прохожих.
На дворе нового университета сбоку у
подъезда стояло три кареты и штук десять господских саней. Вся шинельная уже была переполнена, когда Пирожков вошел
в нее. Знакомый унтер снял с него пальто и сказал ему...
Тихо вышел Палтусов на улицу. У
подъезда, ведущего
в квартиру Калакуцкого, уже
стояло двое саней. Он перешел улицу и стал у фонаря. Долго осматривал он фасад дома, а на сердце у него все разгоралось желание обладать им.
Через десять минут он опять
стоял перед домом Калакуцкого. У
подъезда дожидались те же двое саней.
В окна освещенного кабинета, сквозь расшитые узорами гардины, видно было, как ходят; мелькали тени и
в следующих двух комнатах, уже освещенных.
Внизу, у
подъезда,
стояла его пролетка. Он ездил с месячным извозчиком на красивой, но павшей на ноги серой лошади. Пролетка была новая, полуторная. Работнику он приплачивал шесть рублей
в месяц; подарил ему три пары замшевых перчаток и два белых платка на шею. Платил он за экипаж восемьдесят рублей.
Швейцара
в сенях уже не было, когда Палтусов проходил назад. Он спускался по ступеням замедленным шагом, с опущенной головой. Раза два обертывался он назад и оглядывал сени. На тротуаре,
в подъезде, он
постоял немного и, вместо того чтобы кликнуть извозчика, повернул направо и вошел под ворота.
Каждый раз, как он попадает
в эти края, ему кажется, что он приехал осматривать «катакомбы». Он так и прозвал дворянские кварталы. Едет он вечером по Поварской, по Пречистенке, по Сивцеву Вражку, по переулкам Арбата… Нет жизни. У
подъездов хоть бы одна карета
стояла.
В комнатах темнота. Только где-нибудь
в передней или угловой горит «экономическая» лампочка.
Быстро расплатившись с извозчиком, Палтусов вбежал
в подъезд, по сю сторону больших ворот, сквозь которые виден был освещенный газовыми фонарями глубокий двор, весь обстроенный. Ворота
стояли еще отворенными на обе половинки.
Номера, где он жил, считались дорогими и порядочными. Но нравы
в них держались такие же, как и во всех прочих.
Стояли тут около него две иностранки, принимавшие гостей… во всякое время. Обе нанимали помесячно нарядные квартирки. Жило три помещичьих семейства, водилась картежная игра, останавливались заграничные немцы из коммивояжеров. Но
подъезд и лестница, ливрея швейцара и половики держались
в чистоте, не пахло кухней, лакеи ходили во фраках, сливки к кофе давали непрокислые.